Выпрямившись, мужчина задумался, припоминая то, что уже успел подзабыть. Магия мысли, конечно, была интересна, но давалась ему не так просто, как хотелось бы. Помнится, что битье голвой об стол во время уроков по магии мысли было вполне нормальным. И не так уж она и пригодилась... ну зато ментальные заклинания и вправду намного интереснее чем какой-то там "локомотор" или "левиоса".

- Мой уровень не такой и запредельный...

Кто-то когда-то рассказывал Анри про то, что на Слизерине в Хогвартсе учатся не самые лучшие студенты. Кажется, это Софи говорила. Или Дэн как испорченный телефон пересказывал? Ну, ничего страшного в этой девочке Анри не заметил, обычный немного смущенный ребенок, хотя аврор и засомневался, представляться ли ей полностью.

- Ну... для вас - просто Анри. Хотя некоторые говорят, что я заместитель главы Аврората. А третий курс... это... хм. Я слабо разбираюсь в курсах Хогвартса. - Лорель так и лучился обаянием. - И трудно вам учить магию мысли?

В голове Лореля назрела сумасшедшая мысль. Ведь не могло же желание начать учить магии мысли непоседливого подростка, да еще и девочку, сложной магии мысли возникнуть в полностью адекватной голове?

- Я мог бы вам помочь, мисс Блэр.

Что у умного на уме, то дурак уже сказал и почти сделал. Оставалось надеяться на благоразумие девочки. Хотя это явно было бы интересно. И сам бы повторил уже давно погребенное.

Бах... Уолдорф уронила в снег сумочку. Заместитель главы аврората?! Меерлин, а она ещё на Сандерса за знакомство с Риком ругалась. А сама? Или ей можно? Она же адекватнее. И что такой мужчина забыл в аврорате? Анри чем-то неуловимо напоминал Блэр отца - импозантная внешность, манеры... Такой красивый и такой глупый? Пытаясь привести мысли в порядок, третьекурсница быстрым движением подняла сумочку и вернула её на руку. Забавно она, наверное, сейчас смотрелась. Теоретически для Блэр было бы лучше всего сейчас распрощаться с новым знакомым насовсем и поспешить в школу. Но, кажется, весна начала неуправляемо действовать на мозги юной слизеринки.

-Трудно, но не могу сказать, что трудно критически... Как никак я одна из лучших учеников школы - вывела она свою оценку предмету, ведь её отметки по магии мысли не опускались ниже Выше Ожидаемого, а за контрольную она и вовсе получила Превосходно. Последнее заявление, конечно, было не очень скромным. Но сам себя не похвалишь... И мир не узнает твоих достоинств. Услышав следующую идею, прости Слазар, ав-ро-ра, девушка снова чуть не уронила сумочку... Но, кажется, реакции стали возвращаться в норму. Реакции, но не мозги. Иначе чем объяснить, что идея заниматься с аврором, который наверняка спит и видит, как поймать премии ради её дядю, не казалась абсурдной? В конце концов, может даже от представителя сей профессии она извлечёт для себя какую-то пользу? Успокаивая себя тем, что её соображения чисто утилитарные, староста Слизерина решилась:

-О, я была бы Вам очень благодарна, если бы Вы нашли время. Я быстро учусь - очередная улыбка, выдержанный аристократичный тон... Мама была бы довольна. Ну до тех пор, пока не упала в обморок, узнав о профессии нового знакомца дочурки.

Анри опять невольно улыбнулся при звуке упавшей сумочки. Это вообще было очень забавно наблюдать за реакцией девушек, пусть они и были тринадцатилетними школьницами, на новость о том, что он аврор. Да еще и заместитель главы. О да, эта должность уже принесла Лорелю несколько очень интересных приключений... встряхнув головой, Лорель сфокусировал взгляд на девочке.

- О, мне будет совсем не сложно. Тем более с лучшей ученицей.

Аврор и не сомневался, что девочка как минимум значительно преувеличила свои заслуги, но аврор не был поборцем правды в этом ее виде. Девушкам ведь надо кокетничать, пусть девушка и ростом ему чуть выше пупка. Тут шальную голову аврора посетила еще одна мысль...

- Я думаю, у вас скоро каникулы? Вы бывали когда-то в Аврорате? Мы с вами моли бы устроить небольшую дуэль в нашем зале для тренировок.

Француз было засомневался, что Бруствер одобрит такое вот совершенно не рабочее использование помещений Аврората и отведение их под детский сад. Но сомнения были благополучно отметены. Наверное, авроры и благоразумие не совместимы совсем.

Кажется, Анри счел её заслуги дешевым кокетством. Девушка чуть недовольно нахмурилась, но быстро затоптала обиду. Тем приятнее он будет удивлён во время их занятий. Блэр приготовилась выслушать идеи аврора о том, где они могут проводить свою практику, и... Что тут ещё можно уронить?? подумала она в шоке. Её? В аврорат? Она и так дядю уже сколько раз подвела, причем про один раз он ещё и сам не знает. И дай Мерлин, чтобы не узнал ближайшие лет пять. А авроров что, совсем не учат технике безопасности и не таскать на своё рабочее место кого попало? Тем веселее. Мысли потекли уже в другом русле, и слизеринка стала соображать, что такой поход может принести практическую пользу помимо магии мысли. Мало ли что интересное увидит?

-Я ещё вообще не бывала в английском Министерстве, поэтому с удовольствием с Вами отправлюсь. Каникулы у меня примерно через три недели... - протянула она, прикидывая, сколько времени они уже общаются. Получалось, что много. А её ведь на факультете ждут, со сладостями. Нужно было срочно двигать в сторону Хогвартса. С улыбкой взяв у Анри свой учебник, девушка каким-то чудом убрала его в сумку (вот не могло в неё раньше всё влезть?).

-Мне уже пора в школу. Было приятно с Вами познакомиться, мистер... Анри. Может, ещё увидимся до каникул - озвучила Уолдорф шальную мысль, невесть откуда взявшуюся в её и без того спятившей голове, и, помахав новому знакомому рукой, направилась по дороге к замку.

Дикон наконец-то понял, что он слишком разбушевался. Наверно невозможно всегда держать все чувства и эмоции в себе, периодически тогда случается взрыв. Просто у некоторых он выражен в гневной форме, а у некоторых в буйной. "Наконец-то мозгом обзавелся! Молодец! Только поздно уже, упустил ты свою лямур-тужур-бонжур-обажур. Но ничего, сам виноват. Главное, что мозг заработал. Я уже даже чувствую как он жужжит. Авось, поумнеть поможет тебя. Хе-хе, непутевый ты мой, сколько же тебя воспитывать и растить то можно. Похоже на пенсию я не скоро уйти смогу, не жалеешь ты меня", - пел сам себе дифирамбы внутренний голос, а Дикон сходил с ума. Он потерял девушку, он сумел огорчить по своей глупости, унизить! Нет! Он никогда не был сволочью, и он привык быть лучшим. А тут. Леист был готов рвать на голове волосы, но ведь это был не выход...

"Ну и что стоишь? Она мокрая идет в школу, простудишь свою несостоявшуюся любовь. Хватай мантию и беги, только вначале шустро туда, а потом так же шустро сюда возвращайся, чтобы она мантию отдать не успела!", - наконец-то дал умный совет. Дикон заскачил на почту и грязными руками схватил мантию. Грязь текла по лицу, но молодой человек не обращал на это внимания, во время бега было не до этого. Догнав Кристиану, он накинул мантию ей на плече, когда она шла к нему спиной.

-Возвращать не обязательно, - прошептал ей на ушко Дикон и с большим трудом удержался, чтобы не чмокнуть на прощание ее в щечку. Но он понимал, что этого делать нельзя, ведь иначе пропасть между ними станет еще больше, хотя, сейчас казалось что больше и некуда. Быстро развернувшись, Дик побежал назад на почту, набирать ванную и купаться вместе со своей собакой. Да, день был прожит слишком двояко. Дикон встретил девушку, с которой хотелось пообщаться, Дикон тут же ее и потерял по своей глупости, из-да которой сейчас себя ненавидел, хоть и не признавался до конца себе в этом. "Ничего, я не привык проигрывать!"

Действительно гениальным людям умные мысли приходят в голову не "опосля", а с утра пораньше. Поскольку Блэр с полной уверенностью относила себя к этой категории, её пробуждение сегодня озарила идея под названием "Анри!" Тот красивый мужчина, который пообещал ей помочь с Магией Мысли и устроить экскурсию в аврорат. Если Сандерсу так не терпится пойти туда с Фредериком - знамя факультета ему в руки и пинок с главной лестницы под... Ну вы поняли. Всё равно у неё даже аврор будет лучше! И вот уже девушка, соскочив с кровати, прямо в пижаме чиркнула несколько нескромных строк на пергаменте, не забыв упомянуть, что она лучшая ученица школы. Даже если заместитель главы аврората занят - ну неужели он откажет надежде Британии в лице юной графини Уолдорф? Нужно сеять разумное и вечное, пока грядка не передумала.

Недовольная путешествием в шумный Лондон Эйслин вернулась к обеду. Значит, письмо доставила. Ах, каникулы... Как они прекрасны, особенно когда в своих знаниях перед экзаменами ты уверена. С чистой совестью слизеринка оставила своих младшекурсниц за учебниками и направилась в Хогсмид. Кстати, ещё один плюс отдыха - форма не обязательна. Сегодня на третьекурснице красовались строгая юбочка, блузка с кружевным воротом, черные туфельки на каблучке с зелёными камушками на пряжках. И конечно, неизменный ободок на волосах. В этот раз - черный шелковый бант. Строго, элегантно, но неизменно стильно. Яркую ноту в этот наряд вносил подаренный Сандерсом браслет из сверкающих бабочек. Точность - вежливость не только королей, но и юных графинь, поэтому Блэр всегда отличалась пунктуальностью, в отличие от множества девушек. Ровно в шесть часов вечера змейка оказалась на главной улице Хогсмида и почти сразу увидела возле одного из магазинов мужскую фигуру.

Ух ты, а он ещё выше, чем я запомнила... восхищенно подумала староста, пытаясь подавить улыбочку, не относящуюся к учебным целям сей встречи.

-Привет, Анри. Надеюсь, ни от чего важного не отвлекла? - прочирикала Уолдорф, протянув аврору ручку.

Хоть и погода была не самой холодной, но привыкший к более теплому климату француз недовольно морщился, кутаясь в тяжелую мантию и выглядывая Блэр. Он надеялся, что девушка не научилась еще той ужасной привычке постоянно и везде опаздывать. И, о счастье, она действительно пришла вовремя. Как замечательно.

Аврор вышел из тени и с улыбкой подошел к девочке. Он надеялся, что никто из его коллег им не встретится. А если и встретится, то тихонько уползет куда-то в уголок и не будет пытаться пугать бедного ребенка.

- Добрый вечер. Вы готовы?

Явно чисто формальный вопрос. Ну как она может быть не готова, если глаза девочки даже в темноте явно светятся предвкушение и нетерпение будущей прогулки по святая святых - Аврорату. Что-то в последнее время он слишком часто применяет двойную аппарацию. Или Майфее, как и в победах на дуэлях, не считается? Усмехнувшись, мужчина положил теплую ладонь на хрупкое плечико девушки и сконцентрировался на вестибюле Министерства.

А что она собственно будет делать в аврорате? Зачем ей туда идти, зачем водить дружбу с аврором? Но это всё вопросы, относящиеся к адекватному состоянию, в котором Блэр не пребывала уже давненько. Посему - хочется и точка. Тем более, Анри ещё с Магией Мысли помочь обещал... Может, покажет на ком какое-нибудь интересное заклинание в качестве бонуса к экскурсионной программе? Только змейк хотела поинтересоваться, войдёт ли такое заманчивое зрелище в их поход, как на её плечо легла широкая тёплая ладонь аврора. Ох... они все там такие тренированные, интересно? Даже коленки немного подогнулись. Или это не от веса руки?

-Готова - бодро и с улыбкой отозвалась Уолдорф, решительно тряхнув волосами. Аппарировать слизеринке было не впервой - она пару раз так перемещалась с родителями, поэтому тошноты, глаз в кучу и прочих побочных эффектов за ней не наблюдалось. В отличие от многих волшебников, она даже любила этот способ перемещения. Не пачкает одежду, как камины, не натирает мозоли на чувствительных местах, как метла, и, наконец, куда более комильфо, чем какой-нибудь "Ночной рыцарь". Короче говоря, сплошные плюсы. А небольшие недостатки вроде ощущения протаскивания через трубу - и потерпеть можно. Этот парад мыслей пронёсся через голову Блэр буквально за те пару секунд, что Анри концентрировался на предстоящей аппарации, а затем раздался негромкий хлопок и главная улица опустела, словно здесь и не стояли минуту назад мужчина и девушка.

Весна. Экзамены окончены, а на душе все равно как-то гаденько. То ли потому, что учиться больше нечему на этот промежуток времени, то ли потому, что Блэр не было в Школе, а Лавджой, как дурак там остался. Интересно, она вообще где? У родителей, у друзей или где-то в другой стране? А вдруг она... Ну конечно с Сандерсом. Тьфу. Мэттью негромко ругнулся, ну почему он не мог о ней не думать? Ну что в ней такого? Нос как нос, глаза как глаза.

Перед глазами встала картинка: Блэр в платье в горошек с черным ободком на голове, а рядом на поводке, на четырех конечностях, Сандерс.

- Фу, примерещится же такое. - Рейвенкловец скривился и зажмурился. Лучше бы он этого не делал потому, что в ту же секунду уткнулся всей физиономией в кого-то, в кого он подумать даже не хотел. - Извините, не заметил. Моя вина...

Мэтт открыл один глаз и уставился на знакомую ему слизеринку. Почему-то они все время пересекались, когда Лавджой либо падал, либо на него что-то падало, либо еще какая-нибудь стандартная для мальчика ситуация. В любом случае сейчас перед ним стояла Моника и недовольно поджимала губки, ну а ему оставалось только широко улыбнуться и раскланяться в шутливой манере.

Утро началось, как всегда с криками и недовольными воплями. Джессика все время говорила во сне, а когда наконец то успокоилась, пришел Пончик и принялся облизывать де Росс выпрашивая корм, который как всегда вовремя кончился. Поскольку терпеть назойливое мяуканье и пинать Понча расческой у Моники просто не оставалось сил, она быстренько навела марафет и отправилась по корм. Поправляя на ходу зеленое атласное платье и подтягивая гетры, Моника еще пробовала привести в порядок непослушные волосы, которые завитушками спадали на плечи. Смирившись с безысходностью, Мон вздохнула и утешила себя мыслю, что как никак не на бал собралась.

Настроение все поднималось. Весна сделала свое дело- птички поют, цветочки цветут, солнышко сияет и другие не менее сопливые, но как никак приятные мелочи подарили де Росс запас позитива на весь день. Уже улыбаясь, крошка медленно шла по знакомой дорожке, напевая любимую песенку. Казалось ничто не сможет испортить настроение юной леди...Но это только казалось. Какого то Акулообраза на земле валялся камень, который Слизеринка решила перепрыгнуть, полагаясь на свою врожденную грацию. Конечно из этого ничего не получилось, кроме того, что змейка поцарапала новенькие лакированные туфельки."Какого Годрика?"- проворчала Моника, недовольно надув губки.

Теперь уже без песен и смотря по ноги, Моника игнорировала цветочки,солнышко и птичек. Она думала об одном - поскорее вернуться в гостиную. Так и продвигаясь в стиле "аля танк", Моника не заметила, как чуть не врезалась в своего знакомого из Рейвенкло."Ну вот..." Недовольно поправив волосы, Мон понаблюдала за театром одного актера, который ей предложил Мэт и сказала:

-И тебе привет...- Понимая, что ее одиночество и занудную походку по корм, может скрасить только человек с редким чувством юмора вроде Мэта, де Росс улыбнулась и продолжила- Как дела?

День явно не задался. Честно говоря после всех экзаменов, да и вообще всего учебного года Мэтту хотелось побыть одному, ну даже не так, ему хотелось побыть более самостоятельным. Да только его вечно кто-то наставлял: то брат напишет, что мол, Лавджой, милый, веди себя прилично, то декан что-нибудь организует, то учеба, то экзамены и обязательно вокруг много людей.

- Да...Нормально. - Лавджой нахмурился, потом почесал затылок и неуверенно спросил:
- А ты что тут делаешь? - Хотелось ли ему это знать не важно, он же приличный мальчик, джентльмен. А раз джентльмен, значит нужно предложить свою помощь, даже если в ней никто и не нуждается. - Тебе помочь? Может быть сопроводить куда-то или ты не одна?

Он с надеждой посмотрел по сторонам, а вдруг где мелькнет. Но нет, вряд ли она будет проводить каникулы там, где может оказаться каждые выходные во время учебы. Глупости какие. Поэтому сейчас рейвенкловец снова обратил внимание на испанку и моргнул. Впрочем и она неплохая компания, и симпатичная, на счет остального он уверен не был: слишком мало они общались в школе.

Обрадовавшись активной готовности Мэта проводить ее куда либо, Моника еще шире улыбнулась и принялась отвечать на заданные Лавджоем вопросы.Так как в последнее время ей крайне не хватало общения, она решила, что сегодня наговорится вдосталь. Откинув вьющиеся волосы за спину, змейка довольно защебетала:

- Да меня Пончик с самого утра доставал... Я ему корм должна- хихикнула Моника и представила, чем сейчас занимается ее животинка- Он наверно там с голоду грызет ботинок Реджи или еще хуже опять обгрызает бисер с чемодана Джессики- Засмеявшись, Моника продолжила- Да, конечно, если хочешь, то можем вместе сходить по корм для Понча. А я тут одна...Джесс не хотелось будить, а Блэр уехала вместе с Реджи на каникулы к Сильвен- перспектива идти в магазин одной отнюдь не радовала Слизеринку, поэтому фраза прозвучала немного умоляюще, но тем не менее с ноткой безразличия.

Поправляя атласное платье, девочка все же вопросительно посмотрела на парня. Не тиран же она, заставлять бедолагу сунуться вместе с ней в Хогсмид по кошачий корм. "Или тиран?"- хихикнула про себя змейка и представила, какой погром сделал в комнате Понч за время ее отсутствия- Кстати, а у тебя ведь тоже есть животное...Ворон так? Вот и ему купим корм- Улыбаясь предложила девушка- Кстати, а как его зовут?

Мэттью передернуло, ну надо же, дважды упомянуть это имя. Имя того, кого Лавджой не переваривает с самого первого дня их знакомства. Ну, конечно же, кто бы сомневался, что они вместе на каникулах где-то.

- Я не знаю кто такая Сильвен. - Мэттью ревностно буркнул под нос и шагнул вперед. Где-то там, наверное есть магазин для животных, раз туда направлялась Моника. Ему уже было все равно куда идти, только бы не останавливаться и не думать. Да и потом, на что он надеялся? На свой искрометный юмор и красивые глаза? Он же слишком мелок для нее...

- Пойдем. - Он оглянулся на сияющую слизеринку. - "И чего она такая радостная? Как будто не коту а себе этот корм идет покупать".

- Его зовут Найт и этот проклятый ворон ест все, что попадается ему на глаза, так что определенной еды у него нет. Он даже мышей каких-то таскает постоянно. Дохлых. - Лавджой сделал страшное лицо, пугая Монику и рассмеялся. Смех вышел каким-то натянутым. - Так что пожалуй подожду тебя на улице, если ты не против.

Казалось настроение у Мэта превратилось с отличного на крайне испорченное прямо на глазах. Не понимая такого странного поворота событий, де Росс только недоверчиво посмотрела на парня и хмыкнула. "Может у мальчика температура или что то еще?"- все еще приглядываясь к знакомому, Моника ожидала услышать хоть какое то объяснение такой резкой смене настроения.

-Сильвен это бывшая выпускница Слизерина- осторожно сказала де Росс, беспокоясь за мальчика, но тем не менее продолжила- Они поехали к ней что бы посмотреть ее новый дом, поболтать и все такое...Найт, отличное имя для ворона- подбодрила парня малышка. Лично она бы подобрала что то более позитивное или ...съедобное. Круасан или Рогалик отлично подходил бы к Пончику. Но решив не озвучивать свои мысли, во избежании того, что Мэт испугается ее пристрастия к сладкому, де Росс продолжила- А разве его не тошнит от такого?- Удивилась змейка, она бы с удовольствием поведала историю о том, как Пончик отравился апельсином и испортил ее мантию, но решила, что Мэт точно ее испугается- Ладно, я быстро, может еще и игрушку ему прикуплю...

Моника улыбнулась, она и не заметила, что большая часть пути была пройдена. До магазин "Когти и Лапки" оставалось всего то несколько метров." Хорошо что я его взяла с собой"- подумала испанка и побежала к магазинчику. Купив корм и игрушку в форме дохлой рыбины, Моника направилась в сторону мальчика и отдышавшись сказала:

-Все, я купила...

Мэттью шел, попинывая какие-то камушки под ногами. Скучно. Было откровенно скучно. Даже книга, взятая в школьной библиотеке по чарам за 2 и 3 курс, и та не радовала, а лежала тяжелым грузом на кровати, чуть ли не продавливая ее насквозь.

Моника улизнула в магазин, и если она думала, что сделала все покупки быстро (если бы его, конечно, спросили), он сказал бы что успел поседеть, написать мемуары и вылечить пол-Британии от смертельного вируса. Тем не менее он покорно и безучастно ждал ее на лавочке, читая какую-то рекламку из магазина Зонко, в которой говорилось про какие-то блевальные батончики (видно антиреклама другому магазину) и что их можно обменять на любое взаимозаменяемое предложение в Зонко. Короче говоря, "Приходите, у нас все круто!"

Наконец слизеринка выпорхнула из магазина, в пакете отчетливо виднелась замурыженная селедка, неприятного серо-сизого цвета, от которой Лавджоя аж передернуло, но он выдавил улыбку и встал.

- Какой чудесный выбор, Моника. Твой кот будет в восторге. - Мэттью поискал глазами что-нибудь где можно было бы поесть или попить. Отчаянно хотелось чего-нибудь вкусного. - Ты не против посидеть где-нибудь, м?

***

- Да, он не признает ничто кроме этого корма- угрюмо сказала Моника, встряхивая бумажным пакетиком. То ли настроение упало, то ли просто на душе наскребли кошки. Уже ни шелковое зеленое платье, ни только что купленная, игрушечная селедка не радовали де Росс. А ведь только что хотелось веселится и даже петь... Проигнорировав такое резкое изменение в собственном настроении, юная леди попробовала выдавить улыбку, дабы не расстраивать Мэта. Уже приготовившись сказать что то на подобии: "ну что же, пошли в замок"- Моника остепенилась, то что сказал Рейв, ее как минимум удивило. Слизеринка не думала, что то захочет продолжить их встречу. Недоверчиво посмотрев на мальчика, Мон все таки решила снять маску зануды и улыбнулась, на этот раз искренне.

-Да, я с удовольствием- не без радости ответила де Росс- Думаю, можно сходить в "Три метлы". Отличное местечко, кроме того, я не откажусь от сливочного пива- хихикнула змейка и настроение поднялось само собой. С угрызением совести посмотрев на бумажный пакет с кормом, де Росс вздохнула. "Если что, то Пончик съест чей то ботинок или какую нибудь сову"- черный юмор всегда импонировал испанке- Пошли, там не далеко- указав путь, де Росс улыбнулась и вместе с новым другом пошла в направлении паба.

Хвост был не прав, не было никакого информатора ни у Визжащей Хижины, ни на самой улице в Хогсмиде. Крауч простоял добрых полчаса под темнеющим небом, высматривая из-под капюшона, скрывающего лицо, всех более-менее подходящих кандидатур. Мало того, было очень жарко и Барти отчаянно хотел пить. Постоянно облизывая губы, пожиратель прошелся вдоль улицы, щурясь на витрины: да, давно он здесь не был. Последний раз, когда Блэр оставила ему здесь посылку. Но сейчас посылки не было, как и информатора. Крауч решил по прибытию обратно в Ассанте, придушить Петтигрю собственными руками так, чтобы слышать, как ломается каждый его позвонок.

- Хвост... - Крауч сплюнул на землю, постоял еще минут десять, изображая туриста, любующегося красотами деревушки и развернулся, собираясь уходить к безопасному для аппарации месту. Но тут глаза наткнулись на знакомое лицо. Салазар, где же он мог ее видеть? Смутное воспоминание никак не могло соединиться в четкую картинку, чтобы Барти смог точно вспомнить кто она. Так и не вспомнив - видно не значительно это было, и Крауч с ней не спал, однозначно, - "младший" прошел мимо.

Выпроводив последнюю посетительницу, Зонко закрыл свою лавку. Каким-то чудеснейшим образом Мери удалось убедить его еще на пару минут задержаться и продать ей всевозможных конфет, зелий и хлопушек, чтобы порадовать племянников. Вечерело, и волшебница собиралась возвращаться домой, где она уже прибывала мысленно. В такое время Главная улица Хогсмида обычно пустовала. Поэтому отдельные силуэты привлекали к себе внимание. Мериэн прошла мимо, бросая взгляд на мужчину в капюшоне. Все бы ничего, если бы не его лицо. Оно кого-то напоминало. Стоп! Когда мужчина оказался позади, волшебница поняла, кто он! Развернувшись, она последовала за ним, ускоряя шаг.

- Стой, Крауч! Я тебя узнала, - осмотревшись, окрикнула мужчину Мериэн, оставляя пакет с покупками на земле.

Неужели она не ошиблась, и Пожиратели спокойно разгуливают по улицам, где их может узнать каждый. Его портрет, как и портреты разыскиваемых преступников, отпечатались у нее в голове надолго. Для того, чтобы остановить его, не требовалось наличие аврорского значка, который она сдала. Сколько раз Крауч оставался безнаказанным. Мери помнила тот случай в переулке и окровавленного министра. В такой момент обычными людьми двигала злость, ненависть и чувство мести. Руки сжимались в кулаках, а сердце начинало учащать ритм. Но волшебница, стараясь подавить эмоции, достала волшебную палочку.

- Бартемиус Крауч младший, сдайте свою палочку добровольно или я буду вынуждена вас задержать, - медленно произнесла Мериэн, чтобы каждое слово впечаталось в его разум.

Только Барти собрался свернуть с главной дороги, как за спиной послышался голосок той самой ведьмочки, которую он никак не мог опознать. Зато она его опознала. Зоркая что ли шибко? Крауч ускорил шаг и не оборачиваясь бросил:

- Вы ошиблись, мисс. - Бартемиус облизнул губы и наконец свернул с дороги, впереди маячил пролесок, в котором можно было бы спокойно скрыться и даже аппарировать. Не было у пожирателя сегодня желания с кем-то сражаться, разговаривать, убегать. Ну не было и все тут. Он всего лишь гулял, воздухом дышал. Ах, какой чудный воздух в этой деревне, не чета вонючим маггловским задворкам, где смердит отовсюду и где Крауча начинает тошнить.

Вот практически и деревья, почти идеальное место даже для того, чтобы просто отгородиться от нежелательного общения с этой блондинкой. Моментально Бартемиус нырнул за достаточно широкое дерево и достал палочку.

- Не отдам, вы что, в своем уме? Ха-ха-ха.. - Крауч хрипло рассмеялся. Что за наивняк такой позади тащится? Да она зеленая, молодая, и если бы она не была так расположена отрицательно к Краучу, он бы ее обязательно... поцеловал. Он осторожно выглянул из-за дерева и откинул капюшон, усмехнулся. Красавица, конечно, но увы, не в его вкусе. - Что вам все время надо от меня? То министр ваш великолепнейший, магии, чтоб его, интересуется моей личной жизнью, то вы. Достали, честное слово.

Крауч направил на девушку палочку из-за дерева, держа ее на дистанции.

- Вам что, поговорить не с кем? Или захотели умереть?

Крауч пытался сбежать, свернув с дороги. На секунду Мериэн задумалась о том, не будет ли это ловушкой для нее? Неприятно оставаться наедине с Пожирателем Смерти, когда каждое движение противника приходится улавливать в темноте и быстрее двигаться, чтобы обогнать его. Скорость, ловкость, быстрота реакции - понадобятся сейчас, если она хочет поймать этого человека. "А если то место, которое приходит во снах вовсе не плод ее воображения. Логово Пожирателей? Всплески из прошлого? Или будущего?" Об этом еще стоило подумать, не сейчас, не сейчас.

- Я даю тебе еще один шанс. Сдайся добровольно. Твоя палочка не пострадает, обещаю. Или ты предпочитаешь немного помучиться, прежде чем попасть в Азкабан? - парировала слова Крауча Мери, приближаясь к нему на подходящее расстояние. - Вы, Пожиратели, ведь так любите причинять боль, а любите ли вы ее испытывать?

Она сдержалась, чтобы в эту секунду не погрузить его в кому - надежное средство против таких, как он. Не смертельное и разрешенное Министерством Магии, действует быстро и точно. Но соперник еще не ответил. У него оставался последний шанс разойтись миром, если эта фраза подходила для экс-аврора и Пожирателя Смерти. И у того и другого свои цели и свои планы. Эта встреча могла закончится смертью одной или задержанием второго. Или существовали варианты? Мериэн вновь вспомнила забытые ощущения адреналина и предвкушения приключения, опасного, но из-за этого не менее интересного.

- Сдай палочку, Крауч!

- Кто ты есть такая, чтобы давать мне последний шанс, девочка? - И тут он ее вспомнил. Нет-нет, не в переулке в первую очередь, воющую над драгоценным телом министра магии, а в школе. Эта выскочка, хаффлпаффка, вечно лезущая не в свое дело, вечно вынюхивающая и сбивающая с толку своими глупостями. Как и теперь. Сдать палочку. Сейчас, только шнурки перезавяжет и все нормализуется.

- Не раскатывай губы, Фелпс. Я тоже тебя узнал. - Крауч рассмеялся и облизнул губы. C него на сегодня встреч было достаточно. Он даже задумался о постоянном, конвеерном производстве оборотного зелья, чтобы постоянно менять свое, слишком известное в кругах магического мира лицо. - Ты когда-нибудь научишься не лезть в чужие жизни?

Все. Хватит переговоров. Эту блондинку нужно проучить, тем более у Крауча и других дел было по горло? тот же Хвост, обманувший его, должен понести наказание, не от его рук так хотя бы Лорда в курс дела поставить, что либо у Петтигрю плохие осведомители, либо сам Петтигрю что-то замышляет.

- бомбАрда мАксима! - палочка высунулась из-за широкого ствола дерева, направляясь на деревья позади Фелпс так, чтобы ее завалило этими деревьями. Для темных заклинаний здесь было слишком тесно и слишком много преград, поэтому Крауч ограничился взрывом, чтобы оглушить ее и спокойно аппарировать.

1d6=5+2=7 - заклинание удалось

Закончилось время для разговоров. Наивно было полагать, что Крауч сдаст палочку и добровольно согласится отправиться в Азкабан. Как правило тюрьмы боялись больше, чем смерти. Что такое смерть перед поцелуем дементора? А Крауч заслужил его. Осталось только поймать и передать в руки закона. Такая удача, что они встретились. Его голос прервался на долю секунды, чтобы произнести заклинание. Синтаксис она не разобрала, но решила воспользоваться достаточно универсальным средством.

- рефлЕкто! - быстрое движение палочкой и посыл заклинания обратно.

Не очень подходящим оказалось место для дуэли. Вблизи от Главной улицы Хогсмида, где их могли увидеть случайные прохожие. Мало того, они могли пострадать. Мери отбежала в сторону, чтобы боковым зрением видеть то, что творится на улице. Она освещалась фонарями, и даже издалека могли быть различимы силуэты проходящих людей.

1d6=5+3=8 - заклинание удалось

Взрывная волна, вырвавшаяся из палочки Бартемиуса Крауча, встретила достойное сопротивление и, не долетев до деревьев, в сторону которых была отарпалена повенула назад, сметая все на своем пути. Несколько ближайших стволов затрещало и существенно покосилось, роняя ветви и шишки на головы дуэлянтов, негодующая от вражды земля вздрогнула под ногами и раскидала пожирателя смерти и экс-аврора в разные стороны.

Если жизнь не заладилась и все вокруг против тебя, есть только одно средство это исправить - купить себе новую модную мантию и туфельки. Джулиетта знала эту простую истину еще со школы и она никогда ее не подводила. Более того, еще учась в Хогвартсе волшебница нашла магазинчик, который не уставал радовать ее богатством выбора. Как же она скучала по нему во Франции, где мастерицы даже элитных салонов не смогли заменить одну скромную владелицу небольшого магазинчика в Хогсмите. Скромную, но с каким вкусом!

Уже вечерело, Джулиетта задержалась чуть больше, чем планировала, пора было возвращаться домой, к детям, но волшебница решила, что десятиминутная прогулка с хорошим настроением, в новых туфельках и объемный пакетом с прекрасной мантией должна окончательно укрепить в ней отличное настроение и придать сил для предстоящих серых будней. Свечи приятно потрескивали в фонарях, а ветерок ласково трепал густые каштановые волосы. Вечер был во истину чудесным. Волшебница не заметила, как, замечтавшись, зашла слишком далеко. Вокруг уже выстроились стволы деревьев, которые шелестели листиками, напевая колыбельную. Джулиетта улыбнулась, подумав было, что попала в сказку, как вдруг приятный вечерний покой пронзил грубый мужской крик.

Волшебница резко повернула голову и к своему ужасу увидела среди деревьев два силуэта, один из которых, со светлыми волосами, был смутно знаком. Рассмотреть получше Джулиетта не успела. Магический взрыв потряс пролесок, подхватывая фигуры, как тряпичных кукол и разбрасывая их по кустам. "Трансгрессировать отсюда подальше!" - подумала волшебница, но вместо этого выронила из рук объемный пакет и почувствовала, как ноги сами понесли ее к тому месту, где приземлилась знакомая фигура. Сердце билось в груди, как птичка, запертая в золотую клетку. Тонкий каблук неудачно скользнул на коряге, заставляя Джулиетту оступиться

— Помогите, помогите, кто-нибудь! Скорее, сюда!

Никто не появился, ни звука, ни тени, ничего. Деревушка словно вымерла, как на зло, так не вовремя. Скинув мешающие туфли, Джулиетта, проклиная Годрика и весь несознательный мир, не желающий услышать ее крик, продолжила свой путь босиком. Ветки и камушки безжалостно впивались в беззащитные ступни, мешая бежать, но она не обращала внимания. Светловолосая фигура была уже совсем рядом.

— Ты жива, скорее, надо убираться отсюда, быстрее, вставай, — тараторила она, хватаясь за руку лежащей на земле волшебницы и пытаясь ее поднять, — скорее, трансгрессируем, быстрее... Ой нет-нет, стой, мои туфли, я сейчас, сейчас вернусь... Жди меня, я сейчас!

Как всегда, эти гнусные авроры и иже с ними не могут спокойно умереть или предаться заклинанию. Им обязательно нужно отреагировать. Форменное безобразие. Ничего-ничего, наступит тот день, когда все они будут стоять у стены перед Лордом, а Крауч, как главный палач, будет подходить и по одному их убивать с великим наслаждением, смеяться им в лицо и щекотать нервы. Всем. Всех. Одного за другим. Мясо. Фелпс выкрикнула заклинание и тут же взрывная волна раскидала обоих в разные стороны. Куда отлетела девчонка Крауч не заметил, а сам он поспешил встать, ощущая кровь на щеке - следствие падения на расщепленное в труху дерево. Ныла спина и разбитая губа а оголенные участки тела саднило от многочисленных ссадин и заноз. Наплевать. Убить!

Барти встал, и осторожно, выглядывая из-за тонкой, едва уцелевшей осинки, осмотрел место дислокации старой знакомой. Что за третье действующее лицо, босиком мчащееся через заросли на подмогу? Убить! Никого в живых. Хватит проявлять гуманность. Убить!

Голос ее срывался и звал на помощь - это не нужно никому. Все в этой доморощенной деревне трусы и слабаки. Никто не прибежит на помощь, никому не нужны ни блондинка, ни темноволосая, ни тем более, Крауч. И даже туфли ее не нужны. Убить! Бартемиус, воспользовавшись замешательством среди женщин вышел на арену, и нацелив палочку на темноволосую, усмехнулся.

- Никаких туфель. Убить!

- авАда кедАвра! - Мощный зеленый луч вырвался из палочки, обвивая девушку и отражаясь всплеском в глазах Пожирателя. Убить! Как завороженный, Крауч младший смотрел на безвольно откинутое и уже явно мертвое тело той, кто попытался придти на помощь Фелпс.

1d20=18+2=20 - заклинание удалось

Зеленая вспышка вырвалась из палочки Бартемиуса Крауча и пронзила собой приятный вечерний полумрак. Как жаль, что была она не светом далекой звезды, появившейся на небосклоне, а самым страшным заклинанием, которое когда-либо творили волшебники. Промчавшись за долю секунды между поваленных деревьев, она вонзилась в Джулиетту д Этамп, навсегда превращая ее красивые глаза в остекленевшие бусинки и забирая самое ценное, что есть у человека - жизнь.

Взрывной волной ее отбросило на несколько метров в кусты и придавило упавшей веткой. На лице из царапин выступила кровь. Раны были не существенными и не стоили внимания. Но в груди ныло от боли, а дыхание стало тяжелым. Мери закашляла и попыталась выползти из-под сломанных веток в тот самый момент, когда на улице послышались крики о помощи. "Этого не хватало", - подумала волшебница, подбирая волшебную палочку. Голос был знакомым, но лица было не разглядеть.

- Уходи отсюда, - прошептала Мериэн сквозь кашель. - Я сказала уходи, - попыталась повторить слова чуть громче и оттолкнуть спасительницу.

Теперь, когда та оказалась рядом, Мери узнала ее - Джулиетта дЭтамп, которую она помнила под фамилией Дэйнс, слизеринка с весьма напыщенным характером, впрочем как и все представители этого факультета. Какого Салазара она делала здесь? "Туфли? Какие туфли?" В речи спасительницы волшебница не нашла никакого смысла. Не дослушав ее до конца, Мериэн поднялась на ноги, всматриваясь в то место, где ранее располагался Крауч. "Где он? Салазар его подери..." Только голос звучал, такой мерзкий, противный голос.

- Джулиетта, беги, - выдавила из себя Мериэн, оглядываясь в сторону, откуда раздался голос.

Почувствовав ткань одежды Джулиетты, Фелпс произнесла заклинание трансгрессии. Но этот голос, он звучал снова, выкрикивая теперь два ненавистных слова. "Мы успели, успели..." - повторяла мысленно Мери, приближаясь к безопасному месту. Внизу уже виднелся пол больницы Святого Мунго - первое, что пришло на ум волшебнице. Но... Мериэн не верила своим глазам - на руках лежало безжизненное тело Джулиетты.

- Джулиетта, Джулиетта, - женщина несколько раз тряхнула тело, которое не шелохнулось. Пульс отсутствовал, а сердце не билось. Мери помчалась за целителем, подтвердившим спустя несколько секунд смерть Джулиетты дЭтамп.

Все смешалось. Джулиетта уже не понимала, что происходит. Она застыла посреди бурелома, ощущая, как холодок пробегает по спине. Что это? Авада-кедавра? Нет, не может быть. Он с ума сошел? Зачем ему убивать ее? Она чистокровная волшебница и совершенно ничем ему не угражает. Нелепость какая-то. Вот сейчас она заберет туфли и просто растворится в пространстве. Зачем ее убивать? Бессмысленно!

Часто говорят, что за секунду до смерти перед глазами пролетает вся жизнь. Так ли это? Джулиетта никогда не задумывалась, но сейчас, когда в навстречу ей летела зеленая молния, мысли и правда начали сменяться очень быстро. Время как будто замерло в месте с ее телом, которое не могло пошевелиться. Светловолосая фигура, в которой волшебница узнала Мериэн Фелпс, что-то кричала и вроде бы даже пыталась тянуть ее за руку, из-за кустов раздавался мерзкий смех, а туфли все еще стояли где-то там на дорожке, ожидая хозяйку и не подозревая, что она никогда их не заберет. И никто не заберет, скорее всего. Кому нужны туфли, забытые в пролеске?

Осознание происходящего приходило очень медленно. Джулиетта вдруг почувствовала, что находится на грани истерики. Она не готова умирать. Она не может умереть, у нее же дети! Доминик и Хлоэ... Они слишком маленькие, чтобы остаться без мамы. Кто о них позаботится? Дэн? Найдет им новую маму? Или будет приводить по маме в месяц? Или по две сразу? Какого будет при этом двоим малышам? А ведь когда-то все было не так. Они с Дэном любили друг друга. Действительно любили. Джулиетта была одной из тех редких счастливых представительниц древнего чистокровного рода, которой удалось выйти замуж по любви. Но когда же все рухнуло? Почему они с Даниэлем пропустили этот момент. Возможно, все еще можно было изменить? Хотя нет. Уже нет. Она не успеет за эту бесконечно долгую, но всего лишь секунду. Секунду, пока зеленая молния приближается к ней, чтобы отнять жизнь

— Нет, нет, я не хочу. Вы не можете! Это незаконно, — сказала ли она это вслух или просто подумала? Скорее второе, потому что вряд ли на слова хватило бы времени. Последнее, что услышала Джулиетта — был крик Мериэн. Кажется, она собиралась их аппарировать. Неужели была надежда спастись? Нет, бесполезно... Джулиетта почему-то это понимала, хоть и не хотела признавать. Широко раскрытые глаза, крик, застывший на губах, попытка заслониться от смертоносной молнии ладонями и... Нет, "и" уже не было. Все кончилось. Быстро и безболезненно. Глупо, но героически. И только забытые туфли напомнят утром Хогсмиту, что когда-то у них была хозяйка, молодая, симпатичная и полная жизни, угасшей совсем недавно.

Какое это прекрасное ощущение - только Пожиратель мог понять Пожирателя, даже сочувствующие им, такие как Виктор Уолдорф, не могли полностью понять. Нет, нет. Это божественно, это адреналин, это радость дикая, выплескивающаяся из человека в виде безудержного хохота. Этот хохот унесся ветром вглубь леса, застряв в верхушках деревьев, а Барти наблюдал.

Картина маслом: спаси друга. О эти вздернутые руки в небо, эти глаза и губы, кричащие уходи, брось меня, оставь, спасайся. О. Смешно, честное слово. Сколько отваги, никому не нужной, кстати, в этих действиях, сколько лишних движений. Вот это все и смешило Крауча, всегда. Кем бы ни был его противник он всегда оказывался чересчур самоуверенным. Ну не можешь ты противостоять соратнику Лорда Волан-де-Морта, так уйди на противоположную сторону улицы, не суйся туда, где ты не сведущ. В истории Фелпс все будет повторяться и повторяться. Как в школе. Да.

Они аппарировли, но бесполезно. Мериэн унесла с собой уже мертвое, бездыханное тело подружки, кем бы она не была. А жаль, что не успел обеих прикончить и оставить на пороге Министерства с письмом "Здравствуйте- подарок министру. С любовью Б.К." Эх, жаль.

- морсмОрде! - Выкрикнул Крауч, подняв палочку в небо. Пусть знают, что здесь было убийство. Пусть помнят и боятся выходить. Небо затянуло черной меткой: череп со змеей, закручивающейся кольцами вокруг себя. Ну, вот и славненько. Пора, кстати с племянницей переговорить, давно не встречались. Барти отступил от места происшествия и спокойно аппарировал из Хогсмида.

Завтра будет первый экзамен из сложного цикла под названием «СОВ», а сейчас Блэр прогуливалась по Хогсмиду, наслаждаясь солнечными лучами. У слизеринки не было какой-то особой цели, она просто отдыхала и расслаблялась, так как сидение над учебниками последнее время грозило свести её с ума, так что Уолдорф решила послушать Сандерса, говорящего, что день перед экзаменами обязательно надо провести свободно… Ну или отдохнуть хотя бы пару часов, если речь идёт о Блэр. С каждой минутой затея начинала казаться всё более глупой. Она тут наслаждается птичками-бабочками-видами спешащих в магазин сладостей младшекурсников, а её мозг за это время может забыть какой-нибудь важный постулат, по трансфигурации, например! К тому же главная улица навевала мысли о некрологе в Пророке и о том, что её дядя здесь кого-то убил… Дядя. Она не видела Крауча уже почти год, любая их встреча как-то постепенно стала скатываться к ссорам, что не могло не огорчать. Нет, непременно нужно исправить ситуацию на этих каникулах или после них… Как же домой хочется, даже несмотря на весёлое завершение зимних каникул. Пятикурсница раздраженно тряхнула волосами. Так она и знала, стоит остаться без дела – и в голову начинает лезть разная депрессивная чушь, паршивый был совет. Юная графиня уверенно развернулась в сторону Хогвартса и в процессе поворота задела плечом какую-то светловолосую девушку:

-Извините – сказала Блэр и уже собиралась продолжить путь, когда зацепилась взглядом за… Сумочку из коллекции Дорианы, висящую (впервые за время проведённое в Хогвартсе) не на её локте. Кто попало явно не мог иметь при себе мамино творение, если только не стащил его где-нибудь. Графиня Уолдорф работала не ради денег и свои вещи продавала только достойным по её мнению людям, отказывая порой некоторым, готовым предложить тройную цену, посему змейка знала многих клиентов в лицо… Кстати, лицо девушки при втором взгляде показалось знакомым, но Блэр решила, что от переутомления у неё случился глюк. Этот человек живёт во Франции и никак сейчас не может оказаться в Хогсмиде… Надо бы ненавязчиво развеять наваждение:

-Мы знакомы? – неуверенно поинтересовалась слизеринка, пытливо вглядываясь в черты девушки и пытаясь сделать ещё какой-то вывод кроме хорошего вкуса, следующего из наличия аксессуара от Дорианы.

Переезд, распаковка вещей, устройство на практику... Все это не могло не сказаться на настроении. Катрин за последние несколько дней вымоталась так, как не выматывалась, наверное, за месяц. А стресс и усталость рано или поздно отражаются на внешнем виде, но этого француженка уж точно допустить не могла. Ибо безупречная фигура, безупречные локоны и безупречная кожа в первую очередь выдавали в Катрин особу королевских кровей; характер девушки зачастую был слишком мягким, что, впрочем, не особенно-то мешало жить. Хорошая прогулка, наверное, это первое, что необходимо, чтобы привыкнуть к новому климату. Пусть сейчас и лето, но оно как-то совсем не напоминало то лето, которое девушка привыкла видеть во Франции. Длинное, но не в пол, платье, лодочки, шляпка, бирюзовая мантия и, в качестве финального штриха, любимая сумочка. Пара оборотов перед зеркалом, вот в таком виде вполне даже можно отправляться по будущим местам боевой славы.

Аппарировать в магический квартал особого труда не составляло. Не идти же на каблуках пешком через полгорода. Хотя... Впрочем если аппарировать, то подальше. Косой переулок - это лишь улочка, а вот Хогсмид... Там, как известно, живут только волшебники, так что можно прогуляться, не исключена вероятность встретить будущих коллег. Погруженная в свои мысли, Катрин шла и не заметила, как чуть не врезалась в девушку, примерно одного с ней роста, только с темными волосами.

- Excuse-moi... - как выяснилось, эту фразу они сказали почти хором, что вызвало легкую улыбку на лице француженки. Разве что шатенка сказала "извините" по-английски. Катрин подняла глаза и улыбка приобрела новые основания помимо хором сказанной фразы. В чертах лица "незнакомки" (по крайней мере так Катрин показалось сначала) было что-то более чем знакомое. Француженка давно не видела Блэр, разве что зимой на каком-то приеме, но там они пересеклись лишь мельком, так что поговорить не удалось.

- Мне почему-то тоже так показалось. Я Катрин, Катрин Нуар, - легкий французский акцент все еще пробивался в речи девушки. Еще бы, она была в Англии всего несколько дней. - А Вы ведь mademoiselle Уолдорф, я ничего не путаю?

Незнакомка извинилась хором с Блэр, только по-французски, что натолкнуло слизеринку на мысль о всё же не глюках. Совпадение или нет? Может, это другая девушка, просто в французском упражняется. Для Уолдорф вообще многие француженки были на одно лицо. Жертва «столкновения» в свою очередь рассматривала юную графиню и вдруг улыбнулась, заговорив по-английски, но с лёгким акцентом. Она назвала фамилию Блэр, но ещё до этого пятикурсница вдруг вспомнила, кто перед ней. Катрин Нуар, конечно, девушки были знакомы уже несколько лет, но виделись редко, в основном на вечеринках Дорианы – мать Катрин являлась почитательницей таланта матери Блэр. Пожалуй, Нуар и Уолдорф даже могли бы стать подругами, у них так много общего, но при таких редких встречах вряд ли сиё было возможно. И вот – Катрин посреди Хогсмида? У змейки немного не укладывался в голове данный факт:

-Да, это я – Би рассмеялась, решив, что раз личности идентифицированы, можно перейти к более привычному им общению на «ты». Смешно, наверное, они выглядели со стороны – растерянные и не узнающие друг друга. А вроде не так давно произошла их последняя, хоть и короткая встреча. Зимой, на том приёме, до того как… О, Мерлин. Зимой, просто зимой! Сейчас главное не это, а то, что Нуар здесь делает:

-Какими судьбами, Катрин? Неужели променяла Францию на Англию? – настроение резко улучшилось, завтрашнее начало сессии вылетело из головы, Блэр даже вспомнилось единственное их с француженкой длинное совместное воспоминание – пару лет назад они в Париже, в кондитерской Laduree ели восхитительно вкусные и столь же калорийные пирожные macaroons, разглядывая каталог какого-то ювелирного дома… Ни к чему не обязывающий легкомысленный день двух скучающих девиц, но юная Уолдорф мало с кем из девушек тепло общалась, ведь тесная дружба предполагает откровенность.

Ну вот. Парой фраз перекинулись, узнали друг друга. Наконец можно и вспомнить, что Блэр - это Блэр, Катрин - это Катрин, и что у них чертовски много общего. Хотя бы нежная любовь к избранным пирожным, что на фигурах девушек, к счастью, не сказалось. Француженка не часто виделась с Блэр, да и значительная разница в возрасте сказывалась. Обе не страдали дефицитом общения, так что с учетом вышеперечисленного - Блэр была для Катрин неплохой приятельницей, с которой можно было приятно проводить время, если такая возможность предоставлялась. Сейчас же такая возможность была, да еще какая. Мир тесен, Британия - еще теснее, а что до Хогсмида - так вообще деревня. Приятно встретить знакомое лицо в малознакомом месте. Причем знакомое не просто мельком видела, когда устраивалась на стажировку, а знакомое в смысле что-то значащее, кроме того, что видела тогда-то и там-то.

- Блэр, ma cherie, ты не представляешь как я рада тебя видеть. Променять Францию я ни на что, конечно, не променяю, но дома сидеть надоело. Так что теперь я с вами, доучиваюсь на колдомедика у вас в Мунго. А ты как?

Исчерпывающая информация о последних нескольких годах, уместившаяся в несколько фраз. Что правда, то правда: ничего интересного ровным счетом не происходило. Все те же навязчивые кавалеры, зовущие в театры и на концерты, караулящие ее у дверей Госпиталя с букетами роз, правда уже не банальных красных и белых, а лиловых и зеленоватых, что уже радовало, хоть какой-то прогресс. Все те же трудовые будни на работе, правда, все пациенты все больше по мелочи, лечение требовало максимум минут пяти... Действительно, ничего интересного и достойного упоминания.

Ну почему же не представляет? Представляет, очень даже. Сама Блэр тоже была очень рада себя видеть, причем в любое время суток и в любом состоянии. Не так часто случается увидеть что-то по-настоящему стоящее. Однако услышав следующую фразу Катрин, девушка ненадолго забыла о разыгравшемся приступе нарциссизма. Сговорились что ли все идти на колдомедиков? Мэтт, теперь Нуар… Слишком много целителей в её жизни. Главное, чтобы это не было знаком свыше типа «а не пора ли тебе, Уолдорф, подлечиться». Не верила слизеринка в подобные знамения и другим не советовала.

-Что ж, Мунго – разумный выбор, вряд ли где-то есть клиника лучше – всё же одобрила змейка выбор француженки. Не всем же рваться к власти, и слава Салазару. Правда в воспоминаниях Блэр Катрин была любительницей поболтать, так что несколько странно – услышать столь лаконичный ответ, но уже через минуту девушка поняла, что избежать кратких формулировок не так уж легко:

-Я заканчиваю учебу на пятом курсе, с завтрашнего дня у меня начинается СОВ, а лето планирую провести в Ирландии у родителей – в самом деле, а что ещё можно было сказать? «Ругаюсь со своим дядей-пожирателем»? «Ой, помню, я чуть не убила одну колдомедика, так было весело»? «Помнишь тот зимний приём? Так вот после него…» - ну да, сейчас. Наверное, именно поэтому подруг у Уолдорф не было, кроме столь же буйной Сильвен. Будь слизеринка откровенной – давно попала бы в Азкабан или в Мунго, в зависимости от собственного везения. На всякий случай, чтобы пресечь поток вопросов в свой адрес, Блэр быстро поинтересовалась:

-Ты переехала одна? – имея в виду, конечно, личную жизнь Катрин. Может, француженка уже обзавелась семьёй или хотя бы женихом? Нуар была хорошенькой и как раз в том возрасте, чтобы думать о замужестве. Уолдорф бы сейчас куда с большим удовольствием обсудила детали личной жизни знакомой, чем своей.

Да, новости Блэр были не намного содержательнее. Катрин сама прекрасно помнила то время, когда она сама была на пятом курсе Шармбатона и сдавала свои СОВы. Да, она получила все свои "Превосходно" и "Непревзойденно", но кто сказал, что было легко. Просто так в этой жизни достается только социальный статус, и то если повезет. Катрин, конечно в свое время повезло родиться у нужных людей в нужном месте и в нужное время. Зато всего остального она добивалась исключительно сама: будь то исключительная внешность, исключительные знания или исключительная карьера. Карьера, правда, только начиналась, но исключительность ее даже в сомнение не ставилась. В отличие же от прочих мажорных детишек, которые учились с ней в школе и занимались лишь тем, что им было интересно, Катрин всегда выполняла все задания сама и работала на результат, а не только на оценку.

- СОВ - это серьезно. Удачи, она пригодится, как и на любом экзамене...

В редких беседах с Блэр проскальзывало, что она очень много делает для того, чтобы их факультет завоевывал кубок. Катрин сама не очень хорошо представляла себе систему обучения в Хогвартсе. В Шармбатоне были отдельные факультеты для мальчиков и девочек, да и любая гонка, которая проводилась, имела личный, а не коллективный характер.

- Не одна, конечно, со мной Мист. А еще у меня замечательная соседка, которая любит разбивать что-нибудь об стену в пять утра. Не скучаю, в общем.

Катрин, конечно же, понимала, что имела в виду Блэр. Она хотела посплетничать, как в старые добрые времена. Тогда они могли сидеть в кафе, лопать пирожные и обсуждать людей, которые были знакомы только одной из них, хотя уже после одной такой беседы казалось, что обе знают всех обсуждаемых персонажей. Впрочем, кажется, в скором времени таких точек соприкосновения найдется гораздо больше, а имена в беседах будут что-то значить для каждой.

-На экзаменах скорее пригодится ум, но всё равно спасибо – в привычной чуть прохладной манере отреагировала Блэр. Девушки были похожи своим отношением к учебе – им обеим нравилось всего добиваться не только за счет семейных связей, но для слизеринки Катрин оставалась знакомой из другого мира, мира каникул и болтовни, так что появление Нуар в Хогсмиде, то есть параллели, связанной с учебой и основной частью жизни, пока не укладывалось у неё в голове, смешивая какие-то ориентиры.

-Соседка? И как её зовут? Ты живешь не в личном доме? – аристократка удивлённо вздёрнула брови, ей было не очень понятно стремление некоторых магов жить в квартире, Блэр не нравилось чувствовать, что вокруг неё постоянно кто-то есть… Территория Уолдорф должна оставаться только её территорией. Да и проблем вроде буйных соседей в личном доме не возникает. Услышав про Миста, девушка прыснула со смеху, она помнила рассказы Катрин про большого серого кота:

-О, кот это так… Мило – нашла она определение и огляделась по сторонам. Ей не хотелось отпускать знакомую так рано, может теперь, раз она приехала в Лондон, общение станет теплее? Конечно, Реджинальд был лучшим собеседником, но заменить встречи с подругами, лёгкий весёлый трёп, он не мог, а Сильвен последнее время совсем отдалилась:

-Кат, ты была в «Трёх Мётлах»? Это, конечно, не Laduree, но мы вполне можем посидеть там и поболтать – предложила Блэр, разворачиваясь обратно в сторону деревни. Она не сомневалась, что француженка не откажется от пары часов в её обществе. Возможно, юной графине посчастливится со временем заполнить этим общением пустую нишу.

«Позволить себе шоколадку или ограничиться леденцом?» задавалась Блэр практически риторическим вопросом, медленно идя по главной улице Хогсмида. Уже давно не секрет, что Уолдорф благодаря строгому маминому воспитанию была достаточно равнодушна к сладкому, но сейчас у девушки была веская причина искать калории – ей просто необходим был стимул для мозга. Выполнение домашних работ застопорилось, и шестикурснице всё сложнее было усаживать себя за учебники… Откровенно говоря, юной графине нужна была не шоколадка, а совесть. Семестр только начался, и усталость едва ли можно было отнести к влияющим на учебу факторам, а вот вечера перед камином в объятиях Сандерса на уроках сильно сказывались, но как же ими пожертвуешь? Желая облегчить свои моральные терзания, слизеринка остановилась, поправила ободок и достала из сумочки лист пергамента. Узнав, что она собирается в Хогсмид, Моника и готовящийся к экзаменам (и как он всё успевает?!) Реджи написали на нём список того, что им нужно было принести из «Сладкого Королевства». Особенно постаралась сладкоежка де Росс и теперь Блэр с лёгкой усмешкой прикидывала, влезет ли всё описанное подругой в её сумочку.

«В конце концов, будет должна мне за доставку» решила староста и продолжила свой путь к магазинчику. До двери ей оставалась всего пара метров, когда на её пути вырос незнакомый высокий молодой человек, причем вырос явно с намерением прервать прогулку Уолдорф, потому как встал по центру улочки как раз напротив юной графини:

-Прошу прощения? – прохладным, но удивлённым тоном сказала Блэр, изогнув вопросительно бровь. В облике этого юноши чувствовалось что-то неуловимо знакомое, но она определённо никогда не видела его раньше. Просто он был на кого-то похож…

Джереми ещё с полудня прогуливался в районе Хогсмида, он наблюдал за местным течением жизни, подслушивая разговоры магов, в надежде на то, что появится информация для разгула воображения. Но на свое существование имела право ещё одна причина нахождения юноши на этих улицах – желание встретить свою родственницу, юную графиню Блэр Уолдорф. Джей не рассчитывал на радушный приём кузины, ради собственного развлечения он представил такую картину, смех себя ждать не заставил; нет, поглумиться друг над другом будет куда интереснее.

В кармане одежды юноши нашли себе место на сегодня колдографии, где изображены его дед, отец, дядя и ещё несколько родственников, имена которых он успел забыть. Ещё в своей лондонской квартире, утром, Джереми рассматривал эти фигурки родственников, которые непринуждённо улыбались, хлопали друг друга по плечу и возможно, всего лишь делали вид, что являются дружной и благополучной семьёй. В этот момент Джей, будто спрашивал их взглядом – почему у судьбы рука оказалась несколько тяжеловата, когда она вздумала написать главу о жизни Генри.

Когда темперамент ветра принял особо буйный характер, Джереми Уолдорф решил согреть тело и дух (причём и то, и другое путём добавления в свой организм огневиски) в местном трактире «Кабанья голова», но его взгляд привлекла одна слизеринка, девушка намеревалась посетить «Сладкое королевство», и если колдографии «Ежедневного Пророка» не лгут, а глаза Джея не искажают реальной картины видимого, то это Блэр Уолдорф. Юная графиня, очевидно, путешествовала в глубинах своих мыслей, так как не заметила, что юноша оказался совсем близко.

-Добрый день, мисс Уолдорф. Я тот корреспондент, что вчера писал Вам, прошу прощения, тогда я не представился, Джереми Уолдорф,- произнес эти слова молодой человек, позволяя пространству обнять звук приятного мужского голоса.
- И всё же я хотел бы с Вами поговорить.

Такой звон, как стоял сейчас в голове Блэр, обычно раздавался над школой, когда колокол звонил к обеду. И причиной столь резкого явления стали слова молодого человека. Джереми… Как он сказал? Чувство собственничества всегда было свойственно юной графине. На то, что она считала своим, не мог претендовать больше никто, и данное правило распространялось на всё, от ободков до Реджинальда, а этот, Мерлин прости, репортёр сейчас так уверенно называет её фамилию?

Нет, такого просто не может быть, в Британии есть только одна семья Уолдорф и честь принадлежать к ней выпала именно Блэр. Будь у их рода ветви ближе Лондондерри, она об этом знала. Слегка успокоившись, змейка решила, что остаётся всего два варианта – либо юноша приехал откуда-то издалека и по нелепой случайности является её менее удачливым однофамильцем, либо рассчитывает заинтересовать её и выманить таким способом интервью, а фамилия у него на самом деле куда менее презентабельная. Несмотря на активную мысленную деятельность, растерянность проявилась на лице девушки лишь на долю секунды, а затем её место на хорошеньком личике заняла обычная маска холодности:

-Могу Вас поздравить, желания закаляют характер – проронила аристократка, пытаясь обойти докучливую преграду, но не добившись успеха, поскольку Джереми сделал синхронный с ней шаг вправо. Блэр начинала уже закипать, хотя не подавала виду. В самом деле, если за информацией о намечающейся так не скоро свадьбе (а что ещё может интересовать Пророк?) будут охотиться в подобном ключе, она запрётся в школе и не выйдет без сопровождения Сандерса:

-Вы слишком настойчивы… Даже для журналиста. Но не думаю, что столь грубые уловки Вам помогут – Уолдорф подняла пристальный взгляд тёмных глаз на молодого человека, скривив уголок губ в выжидательной усмешке. Кто бы ни был этот неудачник, его явно не предупреждали о строптивом характере и язвительности юной графини.

Джереми наблюдал за реакцией слизеринки, его взгляд уловил едва заметное смятение юной графини, в тот момент, когда фамилию Уолдорф удосужился использовать кто-то совершенно незнакомый. Либо это наглая шутка её слуха, либо уст молодого человека. В глазах Джея появился блеск азарта, а кровь в его жилах начала отбивать ритмичный и безумный такт. Игра началась, но Блэр должна сама изъявить желание принять участие.

«О Мерлин, где же ты забыла свиту из змей? Видно язва для слов нашла себе место в крови Уолдорф». В этот момент Джереми осознал, что даже если бы жизнь не оказалась такой вредной в судьбе Генри Уолдорф, а кузен и кузина имели возможность общаться, тон их разговоров вряд ли был бы дружественным.
Как и следовало ожидать, беседа двух родственников у магазина «Сладкое королевство» так и не начала собираться из теплых слов и милых улыбок, а со стороны Блэр была предпринята попытка избежать дальнейшего общения.
- Всего один вопрос, -молодой человек говорил тихо, но слова были легко различимы.
Джереми ловко извлек из кармана своей одежды одну из старых колдографий, и пару секунд взглядом изучал изображение.
- Кажется, это Бродерик и Виктор Уолдорф…да, именно они! А имя этого молодого мужчины …Генри Уолдорф?- Джей повернул колдографию так, чтобы кузина могла некоторое время видеть изображение компании мужчин, которые были так похожи друг на друга.
- Увы, вижу, Вы не знаете…, как и не знаете того, что у семьи Уолдорф имеется сундучок тайн. Но не буду Вас более отвлекать, и представить не могу, как сложно избежать искушения, чтобы не войти в этот мир сладкого рая, - Джереми окинул взглядом кондитерскую.
- Однако же, такие лакомства портят зубки, аккуратнее мисс Уолдорф,- «А то потеряешь возможность больно укусить жертву».
- По мне, так лучше согреть душу в трактире «Кабанья голова»…всего доброго и приятного аппетита,- легкая улыбка и юноша не, спеша, отправился в трактир.

Порой прошлое возвращается, чтобы перевернуть настоящее, даже если ты и не подозреваешь о наличии этого прошлого. Именно такой факт в лице Джереми Уолдорф имел место сейчас, хотя Блэр этого ещё не знала. С немым изумлением девушка наблюдала за тем, как собеседник достаёт из кармана какую-то колдографию… Он что, хочет спеть песенку об умирающей с голоду семье и так выпросить интервью?

Но нет, на колдографии Блэр узнала собственных отца и дедушку. Разумеется, поместье Уолдорф в Лондондерри, как и дом любого уважающего себя рода, было переполнено портретами, документами, колдографиями – преемственность и гордость за своих потомков – таковы были их семейные устои. Вот только юная графиня ни разу не слышала о ком-то по имени Генри Уолдорф, хотя стоящий рядом с отцом мужчина был очень похож на Виктора – та же улыбка, тот же волевой подбородок, доставшийся и самой Блэр:

-Откуда это у Вас? – резко спросила шестикурсница, отнюдь не обрадованная тем, что колдографии её родственников есть у какого-то незнакомца. Ответ Джереми ещё сильнее заинтриговал юную графиню – до сего дня она считала, что в курсе всех историй своего рода. А что, если нет? Неужели родители могли что-то от неё скрыть? Умом Уолдорф понимала, что и это может быть уловкой, а неизвестный мужчина на фотографии – каким-нибудь старым другом семьи, но… Любопытство никто не отменял. Впрочем, как и гордость, и пока Би пыталась наступить на последнюю, корреспондент запросто отвернулся от неё, направляясь в сторону «Кабаньей головы».

Да кем он себя вообразил?! Пытаясь подавить ярость, девушка сделала пару шагов к двери «Сладкого королевства», но не выдержала, тихо чертыхнулась и тоже развернулась в сторону трактира. Ты удивишься остроте моих зубок, когда они сомкнутся у тебя на горле мысленно прошипела Блэр. Она должна разобраться с этим самозванцем, обещающим ей какую-то тайну… И устроить ему столько проблем, сколько сможет, за столь невежливое вторжение в свою жизнь.

Совсем скоро должно было быть готово зелье для турнира и этот факт не вызывал у Блэр ничего кроме паники. Честно говоря, слизеринка вообще не представляла, как всё успеет, так как у неё на руках были не все ингредиенты и неизвестно ещё, чем закончится сегодняшний разговор с продавцом или продавщицей «Зонко»… Хорошо бы всё-таки с продавцом, Уолдорф куда лучше удавалось находить общий язык с представителями мужского пола – они не завидовали её хорошенькому личику и дорогой одежде.

Итак, размышляя о катастрофической нехватке времени и обилии необходимых дел, шестикурсница ждала на главной улице профессора Копоша. Блэр так привыкла в этом семестре вечно куда-то спешить, что пришла несколько раньше назначенного времени и даже успела немного замёрзнуть – сегодня по Хогсмиду гулял холодный ветер. Периодически поправляя недовольным жестом прическу, которую этот самый ветер с удовольствием трепал, девушка использовала свободные минуты для того, чтобы обдумать план действий. Она помнила, что наставник не должен сильно помогать ей сегодня, и поэтому немного нервничала.

Единственной пришедшей в голову слизеринки идеей пока что было банально предложить за ингредиент болтливости кругленькую сумму, ведь галеоны обычно оказываются универсальнее любых слов. Натянув на замёрзшие ручки замшевые тёмно-зелёные перчатки, девушка перевела взгляд на висящие на главной улице часы. Интересно, сколько времени займёт сегодняшняя «операция» и как долго будет вариться её зелье?

Задержавшись в Хогвартсе, румынский чародей нисколько не переживал из-за того, что его ученица может сильно запереживать. Погода всё-таки уже брала своё, и профессор Копош перешёл на осеннюю одежду, хоть очень и не любил её из-за неудобства. Сейчас на нём была мантия, отделанная вставками различных грубых мехов, а на ногах чародея были красивые чёрные унты.
Он вышел из замка с целью побыстрее добраться до Хогсмида, но подороге кто-то из учеников, и этому ученику повезло, что Мариус его не узнал, умудрился, пробегая мимо, обрызгать волшебника грязью. Чародею пришлось потратить драгоценное время на очистку своего одеяния. Буквально через пол часа он уже шёл по главной улице деревушки. Мимо прогуливались местные жители, а впереди маячила фигура маленькой девушки. Это была явно госпожа Уолдорф, поскольку вряд ли кто-нибудь решился из учеников пропустить занятия. Мужчина целенаправленно подошёл к юной мисс и поздоровался.
- Моё почтение, Блэр Уолдорф! Вы помните нашу миссию?

Прошло ещё немного времени, и в поле зрения девушки появился профессор Копош, перешедший, судя по всему, на зимнюю форму одежды. Отметив про себя, что пора бы уже и ей достать меховую мантию, если такой ветер продержится ещё пару дней, Блэр поздоровалась с преподавателем:

-Здравствуйте, профессор Копош – конечно, миссию она помнила, тяжело забыть что-то, о чем думала почти беспрерывно в течение последних двух дней, пытаясь без особого успеха наметить какой-нибудь план:

-Миссия – достать ингредиент болтливости – отрапортовала слизеринка, разворачиваясь в сторону «Зонко». Бесспорным плюсом Хогсмида, особенно в холодную погоду, было то, что все магазинчики находились в паре шагов друг от друга, и идти до любого из них было недалеко. Задерживаться на главной улице причин не было и парой секунд позже преподаватель и студентка направились к лавке шутливых товаров.

Ночь, улица. Тишина. В этом месте никто и не думал про нападение в Косой аллее. Домики были украшены тыквами, а в остальном было тихо. Но вот раздался хлопок и громкий плюх. Дикон зря подумал про лужу, когда сбегал со своей спутницей из этого странного места. Ведь то, что представил, туда и попадешь. В ботинках довольно быстро стало холодно. "Дурак - он и в Африке дурак! Хорошо, что даму не поставил", - констатировал факт внутренний голос. Дикон сделал несколько шагов, и выбрался из лужи. После чего осмелился поставить свою спутнице на твердую землю. Похоже, они оба вышли без единой царапины из этого страшного места.

-Надеюсь, я вас не очень напугал? Я просто хотел как лучше, - тихо проговорил Леист, стараясь еще больше не напугать девушку. Хотя, сейчас он был готов ко всему. Ведь девушка пережила такой стресс, а теперь еще и находится черте где. Хорошо еще, что скорей всего она ученица Хогвартса, и до школы отсюда рукой подать. Все ученики прекрасно знают эту дорогу. Дикон наконец-то скинул капюшон с головы, отчего стал немного более узнаваем. А вот кто перед ним немец до сих пор не знал.
Тишину улиц сейчас нарушил еще один звук. В почте залаяла Загадка, которая похожа услышала, что на улице кто-то появился, а может даже узнала своего хозяина.

Все как всегда закончилось неожиданно. Просто взяло и что-то вокруг переменилось. Кристиана распахнула глаза, пятна больше не плясали дикие танцы перед глазами. Вокруг было темно, лишь вдали она увидела огни. "Хогвартс?" Ученица была так удивлена, что даже не сопротивлялась. А в это время чьи-то сильные руки ее держали и бережно обнимали, а потом они куда-то передвинулись и хаффлпаффка оказалась на ногах. Ничего не понимающая Крис смотрела прямо перед собой. Вся эта тишина давила на нее, казалось такой нереальной после криков и шума Дырявого Котла. А теплые нежные руки после холода Дементоров.

- Что как лучше? - произнесла Крис не очень понимая, что говорит, просто, чтобы хоть что-то двигалось в данном случае губы. А потом она вдохнула. Холодный ночной воздух вошел в легкие, действуя отрезвляюще. На это движение у нее автоматически открылся рот, впусая еще больше ночной прохлады и глаза распахнулись настолько насколько смогли. "Она там" Мысль была ужасной. Кристиана почти не обратила внимание на опустившийся капюшон ее спутника.

- Мне надо туда. Да, сейчас же. Верните меня. - Она с безумным выражением на лице смотрела на своего спасителя. - Пожалуста. - Голос стал умоляющим. Где-то совсем близко залаяла собака. Хаффлпаффка оглянулась туда. "Почта" Отрешенно подумала она и тут же на ее лице появилась улыбка. Это было странное зрелище. Бледное взволнованное лицо и странная улыбка. - Не надо, мистер, спасибо. Я же сама могу.

Дикон ожидал, что после того, как девушка придет в себя, она начнет истерить. В общем, именно по этому он ее до сих пор не отпустил.
-Послушай, там остались почти только взрослые люди. Они справятся. И с вашей подругой все будет хорошо. Она у вас взрослая и разумная, как мне кажется. А вы еще только школьница.Что вы можете сделать с дементором и обортнем? Поэтому прошу вас, останьтесь. Давайте вашей подруге отправим письмо скорой совой? Она ее найдет в любом месте земли, при этом за минимальное время. И вы будете целы, и она окажется здесь, как только сможет. Надеюсь, она знакома у вас с Хогсмидом? А чтобы вы могли встретиться, приглашаю вас к себе.

Дикон видел, что девушку колотит истерика, поэтому он обнял ее за плечи и повел насильно в сторону дома. Загадка все таки ругалась именно на то, что ее хозяин прибыл, а она до сих пор сидит в заперти, потому что начала не только лаять, но уже даже подвывать. До почты оставалось совсем ничего, но оказалось, девушка была довольно сильная, и явно имела свои мысли в голове на тему того, куда ей надо. "Не будешь держат - сбежит. Поэтому держи крепче, здоровее будет", - ворчливо предложил Дикону его внутренний голос. Похоже, сегодня дейвительно был странный день, ведь Леис в очередной раз послушал его, и взял девушку на руки. После чего подошел к двери.

-Либо мы доовариваемся, что вы не отправляетесь в ваше странное место, либо я беру вас с заложники и привязываю к стулу, а моя собака будет вас охранять. Так что, я могу поставить вас на землю?, - поинтересовался Леист у своей "дамы".

Кристиана была взволнована и увлечена новой идеей, что даже не заметила, что ее до сих пор не отпустили. Глаза блестели, она смотрела на своего спуника и не видела его. Девушка на автомате отвечала на сказанные ей реплики. Но все же часть слов до нее доходила, а потом взгляд стал осмысленным и она посмтотрела на смерть-блондина и вполне твердо сказала.

- Слушаю. Да с Вирой все будет хорошо, обязательно будет. - Крис даже думать не хотела, что будет, если с любимой слизеринкой что-то случится. Она слегка улыбнулась, а потом даже попыталась рассмеяться, получилось печально и грустно. Хаффлпаффка замотала головой - Нет. Вы ее не знаете. Она не взрослая и уж тем более благоразумия в ней не так много. Я уверена, что она что-то сотворила, к тому же она так любит колдовать. Я не знаю, что с ней могло там случиться. Понимаете? - Она доверительно посмотрела в глаза молодому человеку. Ей почему-то казалось, что он точно ее поймет. - О ней надо заботиться. Она сильная, но такая хрупкая. Вы же понимаете, да? Я должна быть там, с ней. - Крис захлопала ресницами. Дельнейшие слова уже были не так важны. Но почему не ответить, если спрашивают. - Конечно знакома, она училась в Хогвартсе. Нет. Никаких гостей. Сейчас не время - спокойно произнес барсучок. - Вы ведь не понимаете? - она вздрогнула. - Я не знаю, что с ней. Она там, там они. - Мысли ее вернулись в Дырявый Котел и она даже не сопротивлялась, когда ее обняли за плечи и куда-то повели. От прикосновений стало тепло и неожиданно уютно. Крис не заметила как замерзла в своем тонком платье. Тепло придало сил, отчаяние оттаяло.

- Не надо. Куда Вы меня ведете? Мне совсем туда не надо. Мне надо вернуться. Я умею, я смогу. Я знаю, что такое дементоры. Пусть у меня не всегда получается это заклинание, но ради нее я точно смогу. Я боюсь, что будет поздно, что уже поздно. - В правом глазу блеснула слезинка. Но как ее заметить. Она быстро спряталась в маскарадной маске. Кристиана махнула головой и теперь уперлась рукой в грудь своему спасителю. - Пусти, пустите меня пожалуста. - Она сама не заметила, как перешла на ты и первая фраза была требовательная, а вторая уже просительная. Эффект был противоположный. Мир покачнулся и дома повернулись и вот уже перед глазами небо и звезды. "Что случилось?" До горе-спасительницы не сразу дошло. А когда дошло она даже сказать ничего не смогла, ведь ей предъявили ультиматум.

Кристиана поджала губы. Парень был серьезен. Откуда-то взялась способность соображать. "Если держит меня руках столько времени, значит сильный. К тому же пока он меня обнимал, то я не могла вырваться. Какова вероятность, что я смогу от него сбежать сейчас. Мда. Печально все как. Что же делать? Комично, меня держит на руках парнеь, а я думаю как от него унести ноги. Пусть лучше я буду свободна, так будет проще. И вообще чего он ко мне привязался?" Крис зло посмотрела на парня как на врага.

- Хорошо. Ставьте. Я не убегу. И давайте напишем письмо, самое-самое срочное. Потом Вы меня отпустите? - Как можно спокойнее поинтересовалась семикурсница. И тон постаралсь сделать холодным настолько насколько могла.